Хотите горячего чаю? Хотите горячего пунша?
Хотите горячего солнца первого января?
Зачем вам так зябко, ребята,
зачем вы уселись под елкой,
зачем еловые лапы обмотаны мишурой?
Евгений Рейн. Сорок четыре
«ПЛАНЫ ДВТЧ НОЛЬ ТЧК НАДЕЖДЫ ДВТЧ НОЛЬ ТЧК БЕККЕТ»
Телеграмма Беккета в ответ на просьбу The Times поделиться планами и надеждами на 1984 год.
«По ходу конференции между участниками её выявились не только разногласия. В отдельных случаях наблюдалось поразительное единство мнений.
Все единодушно признали, что Запад обречён, ибо утратил традиционные христианские ценности.
Все охотно согласились, что Россия - государство будущего, ибо прошлое её ужасающе, а настоящее туманно.
Наконец все дружно решили, что эмиграция — её достойный филиал».
Сергей Довлатов. Филиал
Одно из самых нелепых свойств российской школьной программы — то, что русскоязычная литература изучается в полном отрыве от зарубежной. В лучшем случае упомянут любовь Пушкина к Байрону и скажут пару слов про эпиграф «Мастера и Маргариты» — и только. В остальном наша литература существует будто бы сама по себе, в отрыве от всех остальных литератур. Что, конечно же, полная чушь.
Все лучшие наши авторы хорошо знали, что происходит за рубежом. Толстой читал своим детям Жюля Верна и даже рисовал нехитрые иллюстрации к приключениям Филеаса Фогга. Лучшую пому о России — «Мёртвые души» — Гоголь писал в Риме. Тургенева во Франции знала каждая собака, и он уже в свою очередь повлиял на многих западных писателей от Джулиана Барнса до Джорджа Сондерса.
Ну и, само собой, для читателей деление писателей на «наших» и «не наших» довольно условное: многие авторы в переводе (хорошем или не очень — отдельный вопрос) повлияли на нас куда больше, чем иные соотечественники.
Поэтому очень важным мне кажется новый список @polka_academy, в котором они собрали зарубежных писателей XX века, сформировавших русскоязычного читателя.
Мне тоже посчастливилось поучаствовать в составлении этого списка; пользуясь случаем, перечислю тех авторов, которых предлагал в своём списке я, но которые не попали в топ: Дуглас Адамс, П.Г.Вудхауз, Гарри Гаррисон, Роджер Желязны, Джеймс Крюс, Чак Паланик, Терри Пратчетт, Марк Твен, Стивен Фрай, Роберт Шекли.
У школы Band, где я преподаю на курсе «Как писать нон-фикшн», новогодняя распродажа — скидки до 25% на все курсы до 3 января.
Читать полностью…Посоветовал вместе с дорогими коллегами хорошие книги издательства @admarginem. Кстати, два из пяти выбранных нами томов — это книги Флориана Иллиеса про Европу накануне двух страшных войн. Интересно, почему так. Наверное, что-то случилось.
Читать полностью…Какой-то странный список: ни Ильина, ни Прилепина, ни Анны Долгаревой. Что попало читает человек
Читать полностью…Лучший заголовок дня, конечно: видимо, кто-то неправильно перенастраивал алгоритмы автомодерации в связи с новыми законами* и случайно заблокировал всех людей, в чьём имени есть буквы «гей» — то есть всех Сергеев.
В английском языке такие ошибки называют clbuttic mistake (выражение даже включено в словарь Collins): это classic mistake, в котором ass заменили на чуть менее неприличное butt.
* Пещерными и антиконституционными, разумеется.
🎅🏻 Очень понравилась затея @urfavjewishgirl и @prometa c книжным Сантой — поучаствовать можно и тем, кто живёт в России, и тем, кто оказался в другой стране. Зарегистрироваться можно до конца недели — я вот только что это сделал.
Читать полностью…«Когда они гостили в Индии, их повезли на красивые развалины, они сели среди развалин и стали читать друг другу стихи. И почему-то Симонова попросили прочесть „Убей его“. А Симонов сказал: „Я больше не читаю это стихотворение, оно слишком много людей убило“».
Читать полностью…Документ ушедшей эпохи: бородатый Стивен Фрай, чьи книги ещё не изымают из московских библиотек, читает вслух роман Прилепина, который тогда ещё был писателем (сразу перед этим фрагментом в фильме «Russia's open book» его хвалит, например, Улицкая).
Как, наверное, душевно страдал Захар, когда ему пришлось сниматься в документальном фильме проклятых англичан, где его роман звучал из уст, страшно сказать, гея, а про самого Захара говорила свои гаденькие добрые слова, проклятая либералка. Как переживал.
В очередном списке книг, подлежащих сожжению изъятию из библиотек — два тома Стивена Фрая: «Хроники Фрая» и «Как творить историю». Ужасно интересно, почему выбор пал именно на них. «Хроники» — второй том мемуаров: неужели пропаганда всяческих излишеств в нём изощрённее, чем в первом или третьем?
Ну а с «Как творить историю» всё понятнее. Там аспирант Майкл (сам от себя скрывающий свою гомосексуальность) решает денацифицировать Германию, отправившись в прошлое и стерилизовав гитлеровского папашу. В результате всё становится ещё хуже, чем было — в частности, Никсон в США избирается на три срока, темнокожие американцы остаются людьми второго сорта, а проклятый гомосексуализьм запрещён. Однако главному герою всё это почему-то не нравится, и он — спойлер — возвращает всё как было.
Хорошая книга, в общем, почитайте, не зря её библиотечное начальство рекламирует. А ещё посмотрите документалку Быкова Russia's Open Book, где он рассказывает миру про новую русскоязычную литературу — и, в частности читает вслух Прилепина. Вот времена-то были.
Из письма Бориса Стругацкого брату, написанного в июле 1968, за месяц до вторжения в Чехословакию и закрытия производства по принятому уже "Ленфильмом" сценарию "Трудно быть богом", которое стало началом длинной цепи закрытий, разгонов и запретов.
Читать полностью…🙌 Ура! Я больше года составлял полный список (с аннотациями) лучших вещей в русской литературе по великой книге Святополка-Мирского — и наконец закончил. Я проделал эту большую работу с выписками, прежде всего, для себя, но буду рад, если и вам это окажется полезным.
Теперь немного контекста.
Дмитрий Святополк-Мирский — великий русский критик и литературовед. Я правда так считаю. Он жил с 1922 года в Англии и читал там курс русской литературы в Лондонском университете и в Королевском колледже (позже он вернулся в СССР и был репрессирован в 1937 году).
По материалам своих лекций в 1926–1927 гг. он выпустил две книги — «История русской литературы» и «Современная русская литература». Это феноменальные как по фактуре, так и по глубине анализа (даже если не везде с ним соглашаться) работы. И, к сожалению, в России даже после 1991 года они выходили абсолютно смешными тиражами и практически неизвестны широкой публике. Набоков, не хваливший почти никогда и ничего, назвал книги Мирского «лучшей историей русской литературы на любой языке, включая русский».
Я настоятельно советую прочитать их всем, кто хоть немного интересуется российской словесностью. Это особый учебник, где автор позволяет себе хвалить то, ему нравится и называть ерундой и безвкусицей ерунду и безвкусицу. Я же из всего фолианта Мирского выписал все вещи — романы, повести, рассказы, сборники, стихи, поэмы и проч. — которые заслужили его высокие оценки.
Вот этот список.
Жалею, что не смог увидеть премьеры: в новосибирском «Старом доме» поставили спектакль по «Концу света» Аллы Горбуновой
Читать полностью…Все подводят итоги года, а мы решили вспомнить хорошие книги, которые мы читали в это безумное время. Огромная благодарность за участие Егору Михайлову, Жене Власенко, Максиму Мамлыге, Тане Шороховой, Вере Богдановой, Микаэлю Дессе, Сереже Верескову и другим.
Спасибо, что мы вместе ❤️
«Так я иду все в даун-таун и кое‑кто улыбается мне, потому что идя, я стараюсь выглядеть так, как будто я читаю в этот момент молитву, которую я сам для себя недавно сочинил, придумал в тяжкую минуту, заметив, что излишне злюсь на людей. Вот эта молитва:
Нет в моем сердце злобы
Нет в моем сердце злобы
Несмотря на надежд моих гробы
Нет в моем сердце злобы…»
Эдуард Лимонов
Разговаривая со специалистом по дата-этике Романом Нестером, узнал, что Тим О'Райли, идеолог Веб 2.0 и основатель того самого издательства со зверушками на обложках, как-то сказал, что данные — это не новая нефть, а новый песок. В том смысле, что корпорациям недостаточно насобирать персональных данных про пользователей — надо еще придумать, как их обрабатывать. И тогда из бесполезного песка получаются микрочипы, на которых работает весь современный мир.
Так вот, удивительное совпадение — или не совпадение вовсе? Разговоры про песок и редкие ресурсы, которые при умелом использовании дают огромную силу, напоминают про «Дюну». И тут малоизвестный факт про Тима О'Райли: в 27 лет, прежде, чем стать легендой компьютерной индустрии, он написал книгу о Фрэнке Герберте (которую не так давно бесплатно выложил на своём сайте). Бывают странные сближенья.
Идеальный сюжет для Стивена Кинга: опытный писатель помирает, его дух вселяется в клавиатуру, которую случайно покупает на гаражной распродаже начинающий писатель, не способный вырваться из креативного блока. Он подключает клавиатуру к компьютеру, и та начинает печатать недописанный роман старого мастера.
Ну или шпионский триллер, где спецслужбы подбрасывают зарубежному политику прошитую клавиатуру, а потом выкрадывают и обнаруживают, что она пишет только «wwwwwwwawwwwaaaawddadddwad», потому что политик решает вопросы по телефону, а на компе только играет в Doom.
АПД: @experience_reading сообщает, что у Стивена Кинга уже есть повесть «Баллада о гибкой пуле» с точно таким же сюжетом — только про пишмашинку вместо клавиатуры (я, к сожалению, не читал). Ну что ж, ещё один пример наглого плагиата со стороны реальности.
«Но в жизни война не бывает «виртуальной». Она вполне реальная, кровавая, с человеческими жертвами. Она развращает тех, кто ее ведет, — ибо приучает людей к диктату силы. Приучает их не задумываться над причинами того, что же происходит на самом деле».
Президент Российской Федерации
Для сценографии премии общества «Память» «Знание», кажется, кто-то решил вызвать дух Лени Рифеншталь
«Есть смысл» в 2023 году будет выпускать новые книги вместе с «Поляндрией». Шаг этот вынужденный (фонду «Нужна помощь» пришлось сократить расходы на проекты), но всё же новость очень неплохая: когда талантливые и деятельные люди объединяют силы, стоит ждать отличных результатов.
Планы на год уже впечатляют. Там будет, например, графический роман (!) Евгении Некрасовой и Влады Мяконькиной про журналиста Дмитрия Холодова, убитого в 1994 году, и автофикшн Марины Кочан о болезни Гентингтона (поклонники «Доктора Хауса» помнят, что это) — и ещё как минимум восемь книг. В общем, если раньше «Поляндрия» выпускала отличные детские книги и переводную прозу, то в новом году они вместе с ЕС займутся интереснейшей русскоязычной литературой.
В прошлом году в @polyandria вышел «Дворец сновидений» албанского классика Исмаиля Кадарэ — кафкианский роман про одноимённую вымышленную спецслужбу, чьи сотрудники мониторят сны каждого подданного империи; о том, что происходит в подвалах Дворца с теми, кого угораздило увидеть неправильный сон, лучше умолчать.
Так вот, давно замечено, что чем более нелепое и фантасмагорическое фантастическое допущение придумывает автор очередной дистопии, тем выше вероятность, что вскоре оно появится в совершенно реальных российских новостях.