Manus–Meta: сделка, похоже, окончательно сорвалась
Сегодня Государственный комитет по развитию и реформе КНР опубликовала короткое, но очень важное уведомление: офис, отвечающий за проверку безопасности иностранных инвестиций, решил заблокировать иностранное приобретение проекта Manus и обязал стороны откатить сделку. Смысл предельно ясный: после месяцев слухов, проверки и напряжения история Manus–Meta официально закончилась.
Manus взлетел еще в марте 2025 года, когда запустил invite-only beta. Хайп был таким, что инвайты перепродавали на вторичном рынке. Но вместе с популярностью росли и вопросы: Manus — это реальный технологический прорыв или просто сильная сборка из уже существующих моделей, API и инструментов?
Главный спор был вокруг того, насколько продукт зависит от сторонних model API и где проходит граница между «настоящим general agent» и грамотной оркестрацией инструментов. Без полной технической раскрытости и общих бенчмарков этот спор так и не был закрыт.
Дальше события ускорились.
В апреле 2025 года Bloomberg писал, что Butterfly Effect, материнская компания Manus, привлекла около $75 млн при оценке примерно $500 млн. Лидировал раунд Benchmark, а компания готовилась к международной экспансии.
К июню китайские медиа уже сообщали о глобальной реструктуризации: переносе штаб-квартиры в Сингапур и сокращении команды в Китае.
Одни считали это логичным шагом для выхода на глобальный рынок. Другие видели в этом реакцию на геополитику, давление инвесторов и растущие регуляторные риски.
Ключевой поворот произошел 29 декабря 2025 года, когда Manus объявил, что присоединяется к Meta. Компания обещала сохранить продукт, ускорить развитие и интегрировать часть команды в Meta. Но сумма сделки официально так и не была раскрыта. В медиа гуляли оценки от $2–3 млрд и выше.
После этого в дело вошли китайские регуляторы.
В январе 2026 года Минкоммерции КНР дало понять, что изучает сделку. Позже ведомство заявило, что будет вместе с другими органами проверять ее на соответствие экспортному контролю, правилам передачи технологий и регулированию иностранных инвестиций.
Это был важный сигнал: сделку не рассматривали в рамках одного узкого режима. Ее поместили в широкую рамку национальной безопасности — технологии, структура сделки, контроль, финансирование, передача активов, процедуры.
К концу марта международные медиа писали, что некоторым руководителям Manus ограничили выезд из Китая. Стало понятно: проверка перешла в серьезную фазу.
Интересно, что в итоге был использован не экспортный контроль, как ожидали многие юристы и policy watchers, а механизм проверки безопасности иностранных инвестиций.
Его часто называют китайским аналогом CFIUS. Но в отличие от американской системы, китайский механизм менее прозрачный и менее формализованный. Он работает как межведомственная проверка под руководством ГКРР и Минкоммерции: если сделка затрагивает национальную безопасность, ее могут втянуть в этот процесс.
Триггеры понятны: чувствительные сектора и контроль. Причем контроль — это не только владение большинством. Достаточно возможности существенно влиять на решения через долю, договоренности, места в совете директоров или другие механизмы.
На практике многое происходит еще до официальной подачи документов. Компании заранее общаются с регуляторами, тестируют структуру сделки и оценивают риски. Если риск слишком высокий, сделку меняют — или вообще не запускают.
Публичных запретов немного, но это не значит, что система слабая. Ее сила часто проявляется раньше — в самоограничении компаний и инвесторов.
Именно поэтому кейс Manus важен не только сам по себе.
Он показывает, что китайская проверка иностранных инвестиций постепенно выходит за пределы традиционных отраслей вроде обороны, энергетики и инфраструктуры. Теперь в центре внимания — данные, ИИ и платформенные технологии. То есть новая критическая инфраструктура цифровой экономики.
Еще один сигнал: 24 апреля Bloomberg сообщил, что Китай рассматривает ограничения для ведущих технологических компаний, включая ИИ-стартапы, на привлечение американских инвестиций без одобрения
