59166
Тексты, посты и комментарии по актуальным событиям и вечным темам.
Пойдём, однако, от простого к более сложному.
Накануне 1МВ был известный спор между премьером Коковцовым (сменщиком Столыпина) и военным министром Сухомлиновым. Коковцов во всех кабинетах повторял известную фразу маршала Тривульцио, приписываемую Наполеону III: "для войны нужны три вещи: во-первых, деньги, во-вторых, деньги и, в третьих, деньги". Сухомлинов же возражал, что деньги, конечно, хорошая вещь, но ими не очень удобно стрелять из пушек, лечить раненых или возить грузы. Имея в виду, что в реалиях предвоенного развёртывания сил или ведения боевых действий далеко не всегда деньги стоят столько же, сколько они стоят в мирное время: рынок меняется таким образом, что даже имея деньги, ты не можешь на них приобрести то, что тебе требуется прямо сейчас — во всяком случае быстро.
Шьям Шанкар (ныне пентагоновский полковник, а на тот момент один из топов калифорнийского бигтеха) в своём известном докладе о причинах кризиса американского ВПК идёт дальше: он приходит к выводу, что в современных военных конфликтах, особенно хоть сколь-нибудь длительных, производственные возможности важнее складских запасов. Запасы, какими бы огромными они ни были, в какой-то момент кончаются, а быстро нарастить производство по ходу уже идущей войны чаще всего невозможно.
Можно сделать следующий шаг: когда война сопровождается ещё и гонкой технологий, ты и сам толком не знаешь, что именно и сколько тебе потребуется производить и поставлять в армию через полгода или год. Но ты должен быть готов это произвести именно в том объёме, который потребуется, и за ту цену, которую страна может себе позволить. А это вопрос и наличия производственных мощностей, и степени их адаптивности к количественным и качественным изменениям заказа.
И далеко не всегда это касается в узком смысле оружия. Кто бы знал в 22-м, что таким востребованным товаром станут... сети: даже не маскировочные, а самые обычные — от капроновой рыболовной до рабицы. Или, к примеру, бытовые электрогенераторы. Или, более сложный пример, малогабаритные установки гидроочистки бензина от примесей серы, чтобы делать из Евро2 хотя бы Евро3.
Были такие технологии? Конечно, были. Были такие производства? Да, немного, но были и есть. Успели их масштабировать под возникшие дефициты? Нет. Чего не было? Не было способности предсказывать изменения спроса в зависимости от изменения применяемых сторонами чисто военных технологий, и действовать в этой логике.
А если бы мы, например, вложились ещё в 22-м в установки тиксотропного литья под давлением из магниевых сплавов (не Бог весть какой хайтек, вполне себе делали такое даже у нас в стране ещё в 10-е годы), у каждого из КВН-ов рама была бы на несколько сотен граммов легче и прочнее, чем нынешняя текстолитовая, а до кучи ещё и дешевле. А теперь умножьте эти сотни граммов хотя бы на миллион дронов — с точки зрения изменений в дальности полёта, совокупного "веса залпа" или дополнительных ~50 тысяч птиц, сделанных на сэкономленное. Но мы вместо этого размахали почти на триллион рублей нацпроект БАС, в котором пятая часть — это закупки гражданскими госструктурами "импортозамещённых" отечественных дронов из китайской комплектухи, большинство из которых, будучи купленными, успело устареть, так ни разу и не взлетев.
Я не говорю здесь, что одни только начальники "делали, потом думали". Что наверху, то и внизу. Мы сами перешли с 3d-печати на ТПА-литьё катушек для тех же КВН только через год (!) после начала их массовых поставок, хотя печатная катушка выращивается полдня и хрупкая, а литая делается за 15 секунд и в разы прочнее, о себестоимости уже и не говорю.
Это я к тому, что для войны сейчас нужно три вещи: во-первых, мозги, во-вторых, мозги и, в-третьих, мозги.
Продолжу.
Есть такой старый советский мем: "производство средств производства". В своё время мне отец рассказывал, почему мы живём хуже, чем на Западе: одна из причин, по его версии, потому, что советское начальство больше вкладывается в эти самые "средства производства", чем в лёгкую промышленность и товары народного потребления. Вот же идиоты эти генсеки, думал я.
Сейчас, наоборот, понимаю, что генсеки-то были кругом правы. Если у тебя, скажем, нет своего станкостроения, ты не можешь быстро развернуть никакое новое производство. Даже если придумал и смог в одном экземпляре подковать блоху — масштабировать Левшу не получится.
Говоря о развитии производства дронов, мы обычно обсуждаем технологии в разрезе того, как бы и чем бы ещё нам половчее унасекомить неприятеля. Но это опять же только один стек технологий. Есть другой, вдолгую куда более важный: как и посредством чего нам произвести средства такового унасекомливания — быстро, много, дёшево и со стандартным качеством.
Сейчас на наших глазах разворачивается революция промышленных роботов. Dark Plants — производства, на которых вообще нет работников: роботы делают роботов, а управляет процессом ИИ; роль кожаного — сидеть и скучать у монитора, наблюдая за отчётами и ведя с кремниевым "агентом" задушевные беседы в чатике.
Если мы хотим сделать качественный скачок в производстве роботизированных систем, тех же дронов, нам сейчас надо обсуждать не то, какие нужны дроны — нам нужно обсуждать то, как должен быть организован процесс их разработки, испытания, постановки в серию и производства. Говоря тем же олдскульным языком, думать не о производстве дронов, а о производстве производств.
Есть малая, средняя и большая серия. Малая серия — это то, что может сделать мужик с паяльником. Средняя серия — это конвейер, но собранный из стандартных производственных систем, покупаемых на открытом рынке и собираемых в производственный комплекс. Большая серия — это производство, с нуля спроектированное и построенное именно под твою задачу. Каждый фазовый переход даёт качественное изменение структуры себестоимости: не в проценты, а в разы.
То, что мы сейчас лепим дрончики для войны сотнями тысяч и даже миллионами, не означает, что мы вышли хотя бы в среднюю серию. Мы всего лишь создали "распределённую мануфактуру" — такое умели даже цеха времён позднего средневековья. Очень много мужиков-с-паяльником, в большом количестве гаражей занимающихся ручным трудом.
Наши центры коллективного пользования (в том числе и ЦКП при НПЦ "Ушкуйник") — это всего лишь возможность перепрыгнуть в средние серии. То есть парк оборудования, которое можно задействовать в организации производственных цепочек уже не в мануфактурной, а в конвейерной логике. Но всё это оборудование — стандартные станки, купленные на открытом рынке (и, конечно же, по большей части импортные). И это пока лишь возможность, которую мы только-только начинаем осваивать: в частности, понятно, что для того, чтобы это работало как надо, над сеткой ЦКП должны работать инжиниринговые центры с виртуальным моделированием, ИИ-проектированием и полигоном-лабораторией для как можно более быстрого устранения т.н. "sim-to-real gap".
Выход из средней серии в большую — это когда ты, проектируя любое новое изделие, одновременно с этим сразу проектируешь под него производственный комплекс из станков и промышленных роботов, позволяющий делать его в нужном количестве за нужное время и цену. А также план-график закупок сырья и компонентов из тех, которые ты решаешь не делать сам, а брать на внешнем рынке (произведя попутно необходимый просчёт рисков, включая политические).
Делягин и Чадаев: зима близко. Кто мешает нашим дронам?
Чем больше мы бьём по врагу, тем быстрее приближаем мир. Да-да, именно так! Не случайно, когда военный перевес на нашей стороне, то в Москве тут же появляются переговорщики с новыми идеями мирного урегулирования. Но могут ли они что-то предложить кроме заморозки конфликта? Или просто кто-то боится не пережить зиму?
🎤 Об этом, и не только, сегодня в "Итогах дна" поговорят экономист Михаил Делягин и политолог Алексей Чадаев.
Начинаем в 18:00!
Фото: коллаж Царьграда
👉Кстати, глубину дна измеряем не только мы!
Подписывайтесь на "Мы в курсе" с Еленой Афониной.
В связи с предыдущим, по истории с Александром Барашковым и его снятием с выборов.
1. Я поддерживал Александра в его намерении идти на выборы и считаю, что из него получился бы хороший и нужный депутат ГД.
2. У внутриполитических администраторов по данному вопросу было другое мнение.
3. Руководство НЛ взвесило риски прямого конфликта с внутриполитическими администраторами и сочло их неприемлемыми. Я их понимаю. Как оно было с Яблоком, все видели.
4. Александр, что понятно и объяснимо, имеет претензии к партии, что она его не защитила. Но если бы они упёрлись, админы в ГД его всё равно нашли бы как не пустить. Надо просто принять как факт, что у системы есть право вето, причём реализовывает она его не своими руками, а посредством внутренних решений системных партий. Риск перехода НЛ из системных в несистемные – неприемлем.
5. Проблема не только в том, что Александра не будет в Думе, а в том, что он последний из знаковых представителей нашей отрасли, кто вообще был в списках кандидатов. Это то, почему я написал предыдущий пост.
Про единоначалие в антидронной ПВО – радует, что это наконец было сказано Верховным. Основная проблема в управлении темой на данный момент – все совместители: Собянин по совместительству мэр Москвы, Чайко по совместительству глава ВКС, губернаторы, возглавляющие штабы ЕНЦ в регионах, по совместительству ещё и губернаторы и т.д. А нужен не совместитель, нужен тот, кто будет заниматься тыловой антидронкой как основной и единственной своей задачей.
Читать полностью…
У большевиков, у Ленина особенно, был такой интересный приём критики интеллектуальных оппонентов – от классового интереса. Типа, вообще неважно, что тот или иной мыслитель сам по себе думает и пишет, значение имеет лишь одно – чей классовый интерес он выражает в своих писаниях. Ну и дальше, понятно, ad hominem – чьих будешь, мил человек.
Меня это по молодости жутко раздражало. Получается, на уровне метода отказывают любому отдельному автору в личной позиции и личной точке зрения, она сразу отметается как несущественная, и за ней ищется – ну и, конечно, сразу находится – только этот вот самый голос класса.
Сейчас, став старше, я начинаю думать, что определённая сермяга в этом подходе всё же есть. Потому что любому автору нужно приложить поистине нетривиальные усилия для того, чтобы отстроить позицию вне контекста своего воспитания-образования-окружения, выйти за пределы оценочных шкал своей непосредственной референтной группы, и очень немногие вообще на это способны.
Я это пишу почему. История моей семьи – это история постепенного восхождения с самых что ни на есть социальных низов. Как по линии отца, так и по линии матери. У нас не было никаких влиятельных родственников, известных предков и т.п. Мой папа вырос послевоенной безотцовщиной в московской коммуналке, пока его мать, с нулём классов образования, работала на заводе Карпова во вредном цеху. Моя мама выросла в деревне, где её отец, одноногий инвалид ВОВ, и мать – санитарка в железнодорожной больнице при станции Новокасторное – жили в буквальной нищете, и следы, а главное память этого времени очень были заметны даже в моём деревенском детстве.
Обе семьи имели жёсткие ограничения даже по еде. Когда я проверялся у эндокринолога, увидев результаты анализов, меня спросили: а что, кто-то из родителей прошёл голод? Я ответил, что вообще-то оба, как и оба дедушки с бабушкой, и все пра-. И, да, меня с ранних лет старшие жёстко учили, что съедать обязательно надо всё, что есть на тарелке, а выбрасывать еду страшный грех. Из интересного, у меня, оказывается, физиологически заблокированы естественные механизмы насыщения – организм попросту не знает, что такое «хватит уже». Поэтому только диета и много спорта в течение всей жизни, иначе гарантированное ожирение.
Ещё мои первые годы жизни прошли в той же самой коммуналке, в 12-метровой комнате на четверых. Отдельную квартиру родители смогли получить только к 1985-му. Они уже были чуть другим социальным слоем – советской технической интеллигенцией, инженерами-строителями с высшим образованием и работой в проектном институте. Но всё равно это была жизнь от зарплаты до зарплаты, с экономией на самом необходимом.
Тем не менее, жизнь в центре Москвы означала возможность видеть, что бывает и совсем по-другому. Одноклассники в школе, у которых папы и дедушки работали в ЦК КПСС, Совмине или московском горкоме. Соседи по дому из семей советских эстрадных звёзд. Дети дипломатов, и не только наших – например, у нас в классе всегда училось один-два чеха из соседнего жилого корпуса посольства ЧССР. У детей всё намного жёстче с борьбой за превосходство – они в этом достаточно непосредственны и ни разу не сентиментальны. Пожалуй, именно школа была уже в моей жизни местом самой острой «классовой борьбы».
К какому «классу» можно отнести меня нынешнего? Вопрос не так прост. С одной стороны, за 33 года, проведённых в российской политике, я знаю всех и вся, помню самые разные эпохи, режимы, команды, кланы, башни и так далее. С другой, я за всё это время так и не наскирдовал себе ничего на чёрный день, по-прежнему на зарплате и по-прежнему без «активов», включая недвижимость; с точки зрения моего нынешнего круга общения я опять-таки предельный нищеброд. Отчасти это была сознательная позиция, отчасти дефицит соответствующих навыков, но факт остаётся фактом: в ленинской классификации я в лучшем случае «мелкобуржуазная интеллигенция». Раньше думал, что скорее гуманитарная, но жизнь расставила на свои места: как и родители, скорее техническая.
Отражается ли этот классовый статус на моих политических, экономических и философских взглядах? Вот хорошо б понять.
Вот если б Искандер прилетел, я б поверил, что это наши. А так… внутренний Станиславский ожесточённо долдонит «НЕ ВЕРЮ».
Читать полностью…
Как вернуться в Ереван
О чем спорят Россия и Армения? С кем России нужно разговаривать в Ереване?
И возможен ли у наших стран совместный образа будущего?
Вместе с политологом Каринэ Геворгян обсудили выборы в Армении и политическую ситуацию на Южном Кавказе, российскую работу с постсоветскими странами и необходимость её реформы. Поговорили о том, как Россия стратегически строит отношения с соседними странами и что это значит для всех участников.
Подкаст «Чистота понимания» — совместный проект с Семёном Ураловым о явлениях и событиях, с которыми мы сталкиваемся ежедневно. Модератор беседы — журналист Иван Князев.
Приятного просмотра!
vk | youtube | rutube
#Чистота_понимания | #чистотапонимания | #ЧП
Объясняю на 1 канале про вчерашнюю цыганочку Зеленского и Сибиги насчёт гражданских авиаперелётов над Россией
Читать полностью…
Сегодня звонили очередные журналисты с просьбой дать прогноз на выборы в Госдуму. Я сказал, что по состоянию на сейчас в них с большим отрывом лидирует Канье Уэст. Журналисты не поняли и почему-то обиделись. А что я такого сказал?
Читать полностью…
Аудиоверсия подкаста «Чистота понимания».
Тема выпуска: На русских фронтирах.
Вместе с российским политическим деятелем, депутатом Государственной Думы, председателем Совета АНО «Евразия» Алёной Аршиновой обсудили ситуацию в Приднестровье, его исторический путь, людей и особый опыт жизни в условиях непризнанности. Поговорили о давлении со стороны Молдовы и Украины, рисках силового сценария и о том, почему евразийские гуманитарные проекты становятся частью борьбы за общее будущее.
*В подкасте упоминаются: деятельность корпорации Meta (соцсети Facebook и Instagram) запрещена в РФ, признана экстремистской; слова, относящиеся к движению ЛГБТ, запрещенному в РФ, деятельность организации признана экстремистской; Фонд «Открытое общество» (Фонд Сороса) признан нежелательной организацией в РФ. Пропаганда отказа от деторождения (чайлдфри) запрещена в РФ
Видео • vk | youtube | rutube | telegram
#Чистота_понимания | #чистотапонимания | #ЧП
Ну и ещё мне человек 10 прислали в личку новости о задержании гендиректора тульского НПЦ, и половина из них с просьбой прокомментировать.
Ок. Первое. Девиз нашего дронопрома такой: «спереди – Мадяр, сзади – Гуцан». Важное обстоятельство, не то чтобы мотивирующее, но, безусловно, бодрящее.
Второе. Тула получила субсидию Минпромторга тогда же, когда и Новгород, и столкнулась с теми же проблемами, что и мы: если всё делать строго по процедуре, соблюсти условия предоставления в принципе невозможно. Они пошли по пути «срезания углов» (тут без деталей), ради как можно более быстрого запуска производства.
Я тогда на наших внутренних совещаниях спрашивал – почему мы так не можем? Но наш твердокаменный юрист, сам бывший следователь, стоял на своём: а что они потом будут говорить на прокурорской проверке? Я говорил – да ну, мы же воюем, стране срочно нужны дроны, кто их тронет? – а он смотрел на меня глазами «мажор ты столичный, тащ начальник, жизни не знаешь». И я почему-то понял, что он прав.
То, что мы пошли стандартным путём, создало нам массу проблем, в том числе по безопасности – публичные конкурсы то такое. Но по крайней мере на вопросы проверок у нас есть бумажка, с подписью, печатью и ссылкой на действующий нормативный акт. Да, это тоже не гарантия, но в наше время надо говорить не столько о безопасности, сколько о защищённости.
«А теперь попробуем со всей этой фигнёй взлететь».
Ещё одна вещь, которую хотел бы донести до собственников и менеджмента объектов, находящихся под риском атаки дронов. И, судя по всему, проще всего это сделать прямо через канал.
Опыт уже состоявшихся атак противника показывает следующее. Налёт чаще всего происходит с разбегом по времени — полтора, два, а то и три часа, в течение которого на объект летят десятки беспилотников. Всё это время, разумеется, по соображениям безопасности людей на объекты не допускают, и правильно делают — они должны быть спрятаны в укрытия. В том числе не допускают и пожарные команды. При этом в составе БЧ, которую несут дроны противника, особенно при атаках по складам, активно используется термит. Соответственно, к тому моменту, когда режим дроновой опасности отменяется и пожарных допускают на объект, тушить что-либо там уже поздно — пожары полыхают на сотнях, а то и тысячах квадратных метров.
Поэтому запомните: пассивная защита — это не только какие-то там строительные леса с временными конструкциями, обваловка, мангалы, мешки с песком и т.д. Пассивная защита — это в том числе и достаточно мощная автоматическая система пожаротушения, которая может быть управляема дистанционно и обладает автономным электропитанием. В том числе и агродроны с водой, и пожарные дроны, и промышленные наземные роботы, способные ориентироваться в пространстве объекта и могущие подтащить туда шланг. Тушить пожары надо начинать сразу, не дожидаясь, пока снимут "беспилотную опасность". И делать это без кожаных. Никакими правилами это пока не предусмотрено, но проектировать и делать надо сейчас.
Я скажу больше. Всем, кто хоть немного имел глаза и умел смотреть, все эти вещи про особенности работы системы были понятны задолго до 22 года. Многие даже высказывались публично (и непублично тоже, причём куда резче, кстати), развёрнуто, аргументированно, но… «папа, а ты с кем разговаривал?»
В этом смысле безотносительно к тому, чем закончится СВО, я продолжаю утверждать: она есть лучшее, что с нами случилось до сих пор в ХХI веке. Потому что если бы не, мы бы как общество продолжали медленно гнить и проедать наследие предков, и всё это драпировалось бы лозунгами о борьбе с коррупцией, внедрение инноваций, повышение благосостояния населения и рост качества жизни.
И только витальная угроза остаться без всего, включая жизнь, заставляет нас наконец обратить внимание на эти застарелые болячки и начать их лечить. Радикальное средство, не спорю, но похоже, другие не работают. И ещё не факт, что даже это сработает в полной мере, тут уже от нас с вами зависит.
Показывают пассивную защиту нефтехранилища в ОАЭ.
А ко мне на прошлой неделе обратилась одна крупная госкомпания, которой из профильного министерства пришла задача оборудовать свои объекты такой защитой. Прям на уровне руководства. Запрос простой: как нам так построить защитные сооружения, чтобы потом за это не сесть?
Тут вижу пост на эту же тему у одного известного деятеля, так что расскажу публично то же, что рассказывал им.
Проблема в следующем. Главный способ защиты исполнителя при расходовании госденег – это сослаться на какую-нибудь действующую инструкцию из госоргана, которой они могут руководствоваться при планировании затрат. Проблема, однако, в том, что действующих инструкций по пассивной защите от дронов в Отечестве нет, никто их не успел разработать и принять.
Поэтому, сказал я им, поступаете следующим образом. Сначала сами составляете план, руководствуясь собственными представлениями о прекрасном. Потом – и не дай вам Бог пропустить этот такт – идёте к командованию дивизии ПВО, которая отвечает за территорию, где ваш объект расположен. И договариваетесь о том, чтобы ваш же план был спущен вам уже от них в качестве рекомендаций, за подписью какого-нибудь генерала. Ещё лучше, если вы их уговорите на выезд комиссии и осмотр объекта под протокол.
Но знайте, что они будут упираться, потому что на ваши объекты им в целом наплевать, так как их задача – это обнаруживать и сбивать, и отчитываются они именно этим, а не тем, удалось ли в итоге спасти тот или иной объект (какой угодно категории) или нет. Ну и подписи свои под рекомендациями просто так они ставить не захотят. Поэтому здесь возможен бартер, например такой: вы за свой счёт закупаете хороший радар (которых им вечно не хватает), интегрируете его в их систему обнаружения, и он становится частью того документа, который вам от них нужен.
После того, как вы получили такую бумагу от военных, идёте в своё профильное министерство, и просите от них (желательно тоже предварительно подготовленное вами же) распоряжение от отраслевого штаба при этом министерстве – вам. Обеспечить организацию пассивной защиты в соответствии с рекомендациями МО (см.выше).
Бинго. Дальше мелочи. К тому моменту, как все эти бумаги у вас будут, уже должен быть подготовлен конкурс по 223-ФЗ, с количеством участников более одного. Проводите его по стандартной процедуре, в условиях пишете частичную предоплату (соответствующую себесту материалов и самих работ, это надо точно проверить), и постоплату по подписании акта приёмки. На подписание акта приглашаете опять же военных, службистов, чиновников из своего министерства, а желательно ещё и прокуратуру – она в подписании не участвует, но зато потом она будет проверять ваши затраты.
Разумеется, даже это всё не гарантия, но в наше время, как известно, главное не столько безопасность, сколько защищённость. И не только от дронов.
Продолжая тему.
Если понимать нынешнюю войну (и, видимо, ряд следующих войн XXI века) как столкновение техноэкономических систем, можно прийти к неожиданным выводам.
Самый доступный широкой аудитории: что если бы с самого начала поднапряглись и вынесли бы Украине порты и черноморское судоходство (читай — рентабельность агросектора и металлургии, двух ключевых экспортных отраслей), а также целевым образом обнулили саму эту металлургию, а на закуску ещё и энергетику с логистикой, глядишь, и не надо было бы четыре года перемалывать друг друга в кровавое месиво, бесконечно штурмуя Малую Токмачку.
В итоге ведь всё равно пришлось.
Ещё мысль в ту же тему.
Нас, тех, кто делает дроны для войны и организовывает их применение, система всех считает опасными. В разных смыслах. Можно поймать звезду и отъехать кукухой, как незабвенный Евгений Викторович, можно возомнить и начать ломиться в большую политику качать права, можно взгреться на больших бюджетах, но главное — начать считать себя право имеющими, тогда как всем положено по протоколу быть тварями дрожащими.
Говоря терминами патчей НТИ, "дрон это власть". А власть это, извините, власть. И в этом резон, почему у нас с подозрением смотрят даже на явные успехи "народного ВПК".
И когда я сам, будто в старую кожу, влезаю в свою же роль бывшего сотрудника УВП АП, я тоже начинаю так думать. Кто их, нахрен, знает, этих партизан-анархистов с кашей в голове и вечно рассерженным патриотизмом. Даже если один из них ты сам, но в другой ипостаси.
Но, с другой стороны, я понимаю, что у темы так или иначе должно быть какое-то адекватное политическое представительство. Просто потому, что кроме реальности военной, инженерной и финансовой есть ещё реальность нормативная, и она очень важна для победы, да даже просто для способности продолжать воевать и не сломаться. И этот компромисс надо искать, так или иначе.
Мы не сможем быть тварями дрожащими, это исключено. Если уж совсем начистоту, никогда и не были, притворялись просто, с разной степенью убедительности. Но всё-таки нам нужна именно общая победа, а не личная над кем-то в своей же стране.
К следующему созыву Госдумы.
Уже понятно, что в следующем созыве Думы будет сколько-то боевых офицеров, прошедших СВО. Это хорошо. Но также понятно и то, что в ней не будет НИ ОДНОГО представителя производителей, создающих для армии современную военную технику, в частности, ни одного представителя беспилотной отрасли. Это плохо.
Почему плохо? Потому, что не будет практиков, знающих, как в реальности устроено взаимодействие с государством по части формирования и исполнения заказа, с какими проблемами (в первую очередь правового характера) сталкивается отрасль. А то, что проблемы есть, достаточно убедительно свидетельствует статистика задержаний и арестов в этой сфере в последние месяцы.
Объясню на пальцах, чтобы не погружаться в детали. Действующие нормы 275-ФЗ о гособоронзаказе в принципе неприменимы для поставок дронов, ни один производитель, не то что «народный», но даже и из «большого» ВПК, не может поставлять по ним беспилотники. Поэтому все такие закупки делались по процедуре, изначально предназначенной для небольших опытно-экспериментальных закупок «перспективных видов вооружений» – несмотря на объёмы, в десятки и сотни раз превышающие «экспериментальный» статус.
Яркий пример. При прокурорских проверках один из вопросов, который задавали проверяющие – почему на ваших предприятиях уровень зарплат (речь не о руководстве, а о линейном персонале) выше среднего по отрасли на 30%? Ответ из жизни – а что, у нас на рынке труда бродят стада бесхозных инженеров-айтишников, только и ждущих трудоустройства? Откуда их иначе взять, когда надо с нуля быстро развернуть масштабное высокотехнологичное производство, если не ставить зарплату выше рынка? Но такой ответ, конечно, не принимается – «нет, вы завышаете свои затраты».
275 закон о гособоронзаказе, напомню, разработан и принят в 2012 году, и хотя с тех пор оброс некоторым количеством более «современных» подзаконных актов, его базовая логика принадлежит именно той эпохе. Когда войны не было, новые образцы вооружений разрабатывались, утверждались, проходили приёмку и становились на вооружение годами. НИР, ОКР, литера, согласование цены, постановка на снабжение и т.д. – цикл в норме до 5 лет, под жёстким контролем Федеральной Антимонопольной Службы, бдительно следящей главным образом за тем, чтобы оборонка не дай Бог не вышла в прибыль. Этот вопрос законодателя явно волнует гораздо больше, чем вопрос о том, действительно ли закупаемые вооружения отвечают требованиям ведения современных войн. Почитайте закон, поймёте.
В этом смысле у меня будет личная просьба к руководству всех партий, идущих сейчас в Думу. Пожалуйста, обратите внимание на законодательство о гособоронзаказе. Оно нуждается не в косметических изменениях, а в сущностной модернизации в соответствии с теми реалиями, в которых сейчас оказалась оборонка. Нужна новая модель, концептуально проработанная и сбалансированная не только в логике текущих задач (как обеспечить армию современным оружием), но и в логике развития отрасли как отрасли.
Оборонка ХХI века – это не только большие тяжёлые железки, делаемые на крупных оборонных предприятиях, не только дроны, меняющие характеристики раз в три месяца, но и связь, и сенсорика, и софт, и ИИ, и сложные роботизированные системы, интегрирующие это всё в едином комплексе. Возьмите хотя бы задачу антидронной ПВО: мультисенсорное поле (радары-сонары-оптика), геоинформационные системы, средства оповещения, РЭБ, интеграция с гражданскими системами от сотовой связи до логистики, пассивная защита, автоматизированные системы устранения последствий атак и т.д.
Нужен отказ от логики управления закупкой «изделий», переход к логике закупки «решений», где изделие – часть решения, но, кроме изделия, существует огромная «обвязка» в части систем управления. Даже история КВН – это не только дрон на ниточке, но и система техподдержки, сбора и анализа данных о применениях, бигдата и аналитическая надстройка к ней второго и третьего уровней, и это всё неправильно закладывать в цену закупаемого изделия.
Очень надеюсь, что вновь приходящие депутаты, приняв осенью бюджет, найдут время заняться и этим тоже.
Почему я вообще про это завёл речь? Потому, что в очередном разговоре мне друг указал на странную роль в красно-белом споре: «белые» стабильно идентифицируют меня как «красного» (ну или как «новиопа», тоже бывает), а красные – как «белого» и даже «националиста».
Простых маркеров тут два: отношение к СССР (именно сталинскому), и отношение к романовской империи (именно поздней, александровско-николаевской предреволюционной).
В историческом споре у меня позиция достаточно прочная и многократно оформленная и описанная: для меня по большому счёту есть реальность государства, некоторым образом независимо от «надетого» на него сверху политического режима, будь то империя или союз республик. Задачи всё равно стоят похожие, и инструменты тоже плюс-минус одинаковые; и для меня значим и положительный, и отрицательный опыт и тех и других. Поэтому я отказываюсь от качественных оценок из серии «при ком было хорошо, а при ком плохо», и разбираю ошибки и неудачи госуправленцев каждого из поколений в тех конкретно-исторических обстоятельствах, в которых оно оказывалось. В этом смысле для меня и то и то наследство, и ни от того, ни от другого я не собираюсь отказываться.
Наконец, у меня есть формула от моего отца, который, напомню, всю жизнь голосовал за «демократов» – Гайдара, Немцова и т.д. Он говорил так: меня не устраивал в СССР именно уровень свободы – невозможность читать что хочется и говорить что думаешь. А если говорить об экономике, то лично у меня к ней вопросов не было: я всегда был за Госплан, госсобственность на средства производства и централизованное управление. Никакой «свой бизнес» я никогда не хотел, меня устраивало, что есть работа, зарплата и профсоюз. И, более того, мне нравилось в СССР, что у нас не было сверхбогатых и не было совсем уж бедных. Меня, говорил он, вполне устроили бы «Советы без коммунистов».
Я, понятное дело, не он, и у меня к советской экономической модели куда больше вопросов, причём на другом уровне проработки «матбазы». Но я понимаю, что он имел в виду. Мне даже кажется, что СССР попал в интересную ловушку: тот тип человека, который воспитывался в советской школе, это был человек внутренне свободный и категорически не желающий терпеть советскую же систему принуждения, особенно в части единственно верной точки зрения. Можно даже, заостряя, сказать, что коммунизм в конечном счёте уничтожила именно советская школа – то, чему там учили, радикально расходилось с тем, в чём приходилось жить уже взрослыми.
А представьте, они прям втроём прилетят: Уиткофф, Кушнер и Канье Уэст. Или ещё веселее: его УЖЕ привезли, в бронированном вагоне самолёте ЦРУ, и он инкогнито чилит в Президент-Отеле с кадыровской охраной, набираясь сил перед концертом.
Аудиоверсия подкаста «Чистота понимания».
Тема выпуска: Как вернуться в Ереван.
Вместе с политологом Каринэ Геворгян обсудили выборы в Армении и политическую ситуацию на Южном Кавказе, российскую работу с постсоветскими странами и необходимость её реформы. Поговорили о том, как Россия стратегически строит отношения с соседними странами и что это значит для всех участников.
vk | youtube | rutube
#Чистота_понимания | #чистотапонимания | #ЧП
Друзья, объявляю сбор. Он в этот раз несколько необычен, из двух частей. Нужно пополнить запасы расходных материалов для масксетей (Донская сеть), оплатить партию шпулярника для станка (250 тр) — это рутинные траты.
Вне обычных рамок другое. Мы разработали изделие (назовём его "термос" для простоты )), облегчающее работу сапёров, снаряжающих БЧ для ударных беспилотников, и делающее эту работу гораздо более безопасной. Подробности не буду писать в открытом формате; решение действительно изящное и при этом весьма полезное, существенно увеличивающее эффективность окопной дроновойны и берегущее жизни наших инженеров; так что, увы, тот случай, когда придётся поверить на слово. Воюющим, кому интересно — подробности в личке. Первая пробная партия прошла боевую апробацию и подтвердила характеристики, мы её делали за мои личные средства. Сейчас вопрос в организации производства чуть более массовой партии, поскольку уже есть несколько подразделений, готовых взять наше решение в работу. Мы хотим это сделать сейчас, не дожидаясь, когда МО начнёт его закупать. И вот на это объявляется второй сбор.
Счёт на масксети обычный: 2202206251854860
Счёт на "термос": 2202202392431585
Где-то с месяц назад я с удивлением узнал, что, оказывается, много лет существует своеобразный фан-клуб моих женоненавистнических и мизогинных постов, и в последнее время его участники/цы страдают от того, что я перестал уделять этой важнейшей теме современности внимание в своём творчестве, сосредоточившись лишь на дронах, политике, философии и азер-ботах (это не то, что вы подумали, а ИИ-комментаторы в защиту Алиева).
Что ж, исправляюсь. Вот вам новая конь-цепция.
У американских феминисток был в своё время такой лозунг: «Молитесь Богу: Она слышит». Сегодня становится ясно, что формулу надо уточнить. В наше время она должна звучать так: «Молитесь Антихристу: Она слышит».
Поясню. Но начну издалека.
Недавно в сети форсилось выступление Григория Явлинского, совсем ещё молодого, образца начала 1993 года, где он, в частности, вещал, что РФ должна как можно скорее стать… Украиной. Потому что у Украины гораздо больше шансов и на евроинтеграцию, и на проведение правильных рыночных реформ, и на достижение экономического роста, чем у застрявшей в красно-коричневом болоте ельцинской РФ.
Глянув на него-тогдашнего, я вспомнил, как, собственно, взошла его звезда на федеральном небосклоне. Он ещё при Горбачёве прогремел на всю страну программой «500 дней» – проектом реформ, которые надо осуществить, чтобы быстро прийти из ситуации пустых полок и неплатежей к процветанию, благосостоянию и капитализму. Эта программа носила острополемический характер – она была направлена против «официальных» горбачёвских экономистов, всех этих Абалкиных/Аганбегянов, которые, дескать, плохо советуют начальству по Економике. Это была эпоха, когда всем казалось, что главное, чего нам не хватает – это по-настоящему умного Економиста, который быстро приведёт нас из обанкротившегося социализма в вожделенный мир сорока сортов колбасы на прилавках.
Економизм с тех пор и поныне обрёл статус сакрального знания, недоступного профанам и тщательно от них охраняемого – чем по сей день пользуется коллективный Силуанов/Набиуллина. Собственно, весь секрет выживаемости т.н. «либералов» (устар. «демократов») в политсистеме, несмотря на стабильно нулевые рейтинги и всеобщую ненависть к ним народа-богоносца, состоял в монополии на это сакральное знание – они единственные, кто Понимает В Економике. В отличие от всей остальной безбрежной электоральной лохосферы, которая Никогда Не Поймёт, в чём состоит Настоящая Еффективность.
Всё это имеет признаки культа, с ритуалами, обрядами, каноном священных текстов, жречеством и иерархией. Например, место, где для него готовят дьяконов и низшее духовенство, так и называется – Высшая Школа Економики. Но пройти херотонию из низшего хотя бы в среднее духовенство – тут уже мало диплома, тут надо уже прям конкретно младенцев кушать, иначе не возьмут. Но даже самые высшие иерархи – они лишь служители Трансцедентного, которое само, конечно, на благословенном Заокраинном Западе, в тамошнем Оксфорде, Гарварде, Кембридже и прочем Стенфорде. Оно само за пределами восприятия, но его можно наблюдать в проявлениях – например, в том, как Чикагские Мальчики помогли Пиночету построить Еффективное Чили. Ну или, в лайт-версии для девочек обоего пола, читать Айн Рэнд, представляя себя в роли Дагни Таггарт, отдающейся Джону Голту прямо в долине его имени.
Надо ли объяснять, что верховное божество этого культа – женское? Астарта, Кибела, Исида – у верховного женского божества много имён. Но об этом – уже в продолжении.
Читая перепосты про акцию нацболов возле посольства Азербайджана, подумал вот о чём.
Когда наше трио ЧП объявляли азербайджанскими уголовниками (до сих пор осмысляю этот свой новый статус), в официальных комментариях Баку можно было реконструировать примерно следующую логику. Они прямым текстом говорили: медиапространство РФ является в высокой степени управляемым и цензурируемым; а значит, всё, что в нём появляется, есть не мнение отдельных там журналистов или экспертов, а транслируемая через них позиция Кремля. И, следовательно, всё, что говорится (в том числе и у нас в ЧП), есть тоже позиция Кремля, даром что вот тут даже целый советник федерального министра.
В психологии это называется "зеркальный перенос". Ну, примерно как Украина всё время обвиняет нас в том, что готова делать и делает сама, и по этим обвинениям можно реконструировать их собственное "ставлення". Тут также: они видят Россию как просто один большой Азербайджан, где чуть ли не лично Путин раздаёт команды блогерам-активистам-общественникам-"экспертам", кого хвалить и кого ругать. И чего точно в таком Россербайджане не может быть в принципе, даже на уровне модели, так это чьего-то отдельного от начальства мнения в публичном поле. Любые идеи про то, что у нас это может быть устроено как-то иначе, отвергаются с порога как не слишком умелая попытка прикрытия манипуляции.
А у нас по факту может кто-то и хотел бы, чтобы был Россербайджан, но среда в целом клала с прибором на такие хотелки. Цензура таки есть, да; но она носит репрессивный, а не превентивный характер — точечно маркируют иноагентами, но не могут управлять всеми вообще, чтоб дули в одну дуду. И даже когда сверху проходит команда, она нередко сталкивается с почти открытым саботажем на уровне исполнителей. У нас вполне возможна конструкция "я лучше понимаю, в чём государственные интересы России, чем все эти начальники, которые ещё неизвестно какая вообще на самом деле колонна". И ничего с этим по большому счёту не поделаешь, именно потому, что Россия не Азербайджан.
Короче, парадокс в том, что мы живём в свободной стране. Хотя хрен кому докажешь, даже самим себе.
На русских фронтирах
Как появилось Приднестровье?
Почему сегодня республика оказалась под экономическим и энергетическим давлением?
И что помогает приднестровцам сохранять свой выбор в условиях постоянной неопределённости?
Вместе с российским политическим деятелем, депутатом Государственной Думы, председателем Совета АНО «Евразия» Алёной Аршиновой обсудили ситуацию в Приднестровье, его исторический путь, людей и особый опыт жизни в условиях непризнанности. Поговорили о давлении со стороны Молдовы и Украины, рисках силового сценария и о том, почему евразийские гуманитарные проекты становятся частью борьбы за общее будущее.
Подкаст «Чистота понимания» — совместный проект с Семёном Ураловым о явлениях и событиях, с которыми мы сталкиваемся ежедневно и которые необходимо обсуждать. Модератор беседы – журналист Иван Князев.
Приятного просмотра!
vk | youtube | rutube
#Чистота_понимания | #чистотапонимания | #ЧП
В понедельник был в Нижнем Новгороде на совещании по развитию малой авиации, которое проводил министр промышленности Антон Алиханов. Поскольку, опять же, дежурную ритуальную фразу «Лёша, только ничего не пиши в блог» перед началом мероприятия сказать забыли, таки напишу.
1. Когда братья Райт делали свою этажерку, не было ИКАО, иначе бы никто и никогда не допустил их к полётам. Сейчас в разработке самолётов, даже маленьких, самый длительный, дорогой и затратный этап – не сама разработка, а сертификация и борта, и отдельных узлов. Большинство проектов до её завершения просто не доживают. Сама отрасль у нас находится в состоянии «пациент скорее мёртв, чем жив» -- моделей самолётов по пальцам, и те в большинстве своём в режиме «аналоговнет» -- один экземпляр для выставок. То же самое по движкам – есть отечественные движки, но ни один из них не сертифицирован; то же по отечественной авионике.
2. Кое-какой флот с действующим сертификатом типа у нас в стране есть, но летать ему особо негде по нынешним временам. Это особенно обидно, потому что украинцы, например, много и активно используют имеющийся у них малый авиапарк для задачи борьбы с Геранями, и вполне успешно их сбивали, пока они не стали реактивными. Большинство того, что в нас летит сейчас – винтовое, на винтовых же скоростях. Но наши ВКС категорически против задействования МА для этих задач – говорят «сами посбиваем». Это верно там, где есть чем сбивать, но у нас множество территорий, где сбивать вообще-то нечем. Место МА в роли перехватчиков – не на фронте и не на западной границе – а в тылу, на патрулировании зон вокруг тех самых объектов, которые сейчас горят каждый день, и цена вопроса – просто грамотно это всё организовать.
3. Вся эта система допусков для гражданской авиации разработана в модели риск-менеджмента – свести к минимуму риски авиакатастроф, в которых могут погибнуть люди. Но это всё имеет смысл тогда, когда на борту есть человек, хотя бы пилот. Однако в современных реалиях присутствие пилота на борту совсем необязательно, как и летать вовсе необязательно там, где самолёт может упасть кому-то на голову. Чтобы научиться плавать, надо плавать, а чтобы научиться летать – летать. В этом смысле самый быстрый путь для массового подъёма в воздух отечественных малых самолётов – это с самого начала делать их беспилотные версии, сертифицировать их по упрощённой программе и начинать полёты не дожидаясь полной сертификации типа. Тогда к тому моменту, когда таковая будет получена и можно будет допускать человека на борт, будет не только полный цикл испытаний, но и налёт из множества часов, а также статистика отказов и авиапроисшествий, которую можно будет собирать в автоматическом режиме.
4. Считаю правильным следующий путь. У каждой модели МА создаётся обеспилоченный аналог и поднимается в небо. Задачи – логистика, наблюдение, перехват (самолёт в роли матки для дронов-перехватчиков). Отработка сценариев – в тыловых районах. Максимум экономии, в том числе за счёт применения дешёвой несертифицированной авионики. Нам сейчас не нужен героический лётчик-испытатель Чкалов, чтобы разбиться на новом И-180; эту роль можно и нужно отдавать умной железяке и остающемуся на земле оператору. Мы как Ушкуйник готовы в этом участвовать, и не только инженерными командами и полигонной инфраструктурой, но и сценариями применения.
Понимаете, все наши правила и процедуры были составлены в ту эпоху, когда считалось, что главное и самое страшное, что может произойти – то, что деньги украдут или распилят. Поэтому была выстроена многоэтажная система обеспечения «прозрачности», «конкурентности» и перекрёстного контроля.
Сказать, что из-за этого воровать стали меньше, нельзя – наоборот, в этих условиях единственный способ сделать дело – это что-то нарушить. А сие значит, что на такие позиции идут люди с чётким осознанием, что в некотором смысле они в любом случае уже потенциально зэки (если не успеют сбежать куда-то, где надо заранее иметь запасной аэродром). Ну и дальше вы понимаете, дело техники: «наполнить бассейн» и организовать этот самый аэродром вместе с путями экстренного отхода.
Отсюда повторю свой старый тезис: коррупция в России в основном есть порождение многолетних усилий системы по борьбе с коррупцией. Кто понял этот парадокс, тот вообще многое понял про нашу жизнь.
Весь цикл постов про диаспоры — одним текстом на сайте
Читать полностью…